Стиховещи Бретона

Один из самых радикальных художников и мыслителей прошлого века сюрреалист Андре Бретон за годы своего творчества неоднократно предпринимал самые революционные эксперименты со словом. Автоматическое письмо, игры со словами с друзьями-сюрралистами – примеры этих экспериментов, разрабатываемых Бретоном и его единомышленниками преимущественно в 20-е годы. Однако на достигнутом писатель не останавливался и всегда искал новые перспективы в работе с текстом и языком. В середине 30-х годов он пришел к еще более радикальному решению – к замене слов в своих стихотворениях на реальные вещи, предметы из материального мира. Так появились знаменитые стиховещи, стихи-объекты (poème-objet).

André-Breton-poème-objet CRI_161348

Стихотворения объектов Бретона – это, пожалуй, самый революционный шаг писателя в деле работы со словом. Как и австрийский философ Витгенштейн, отец сюрреализма пришел к пониманию несовершенства языка, к невозможности имеющимся словесным материалом полно и правильно описывать мир и личные переживания. Как и Фрейд, Бретон видел в образах больший потенциал выразительных средств, нежели в слове. Пропитанный этими идеями писатель-сюрреалист решает, что создавая стихотворение (высказывание) лучше всего использовать не столь несовершенный инструмент как слово, а настоящие вещи.

Бретон порывает с бессмысленными потугами выжать из языка необходимые смыслы, которые будут в то же время универсальными и общепонятными. Язык всегда лжив. Оперировать словесными конструкциями, между которыми установлены крайне путанные и в то же время чрезмерно жесткие смысловые связи, данные нам извне неким Большим Другим, – значит продолжать топтаться на месте.  Бретон идет дальше любого даже самого радикального в языковых средствах поэта, продолжающего судорожно цепляться за слово, как за спасательный круг. Он порывает со словом, осознавая его искусственность и ничем необоснованную претензию на истинность.

Правда, нужно заметить, что очистив само стихотворение от слова, выстраивая его исключительно на материале вещей, Бретон все-таки обращается к помощи слова для написания сопроводительного комментария (внутри пространства произведения либо рядом с ним), цель которого – пояснять те связи, которые автор выстроил между использованными в стихотворении предметами. Судя по всему, он боялся, что без этих комментариев-подсказок предельно зависимому от слова читателю-зрителю не удастся расшифровать авторское послание. Но все-таки на это, как мне кажется, следует смотреть исключительно как на комментарий, который должен подтолкнуть читателя к размышлениям в верном направлении. Сам же «текст» стихотворения в этом плане совершенно чист: Бретон говорит предметами, а слова – это лишь дополнительная (и, возможно, временная) страховка.

Алексей Синицын

Advertisements
  1. No trackbacks yet.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s

%d bloggers like this: